«Песенный жанр: от крестьянской песни -к поп-музыке» — консультация для воспитателей

Эта консультация проводится в несколько этапов.

В период Великой Отечественной войны Белоруссия находилась в особо трудных условиях. С самого начала фашистской оккупации здесь развернулось массовое партизанское движение. Этим обстоятельством объясняется тот факт, что в песенном творчестве Белоруссии военного периода формируются два ярко выраженных направления. Одно из них представляют песни белорусских партизан (песни, возникшие на оккупированной территории), другое — песни профессиональных композиторов (преимущественно созданные в советском тылу). Разделенные линией фронта, эти песенные направления находили способ общения и взаимодействия, имели общие истоки и выражали единые устремления белорусского народа.

­В эти годы значительно возросла роль газет как пропагандистов песен. Песенные тексты публиковались в подпольной белорусской печати — листовках и воззваниях.

Многое сделало для пропаганды белорусской песни и Государственное музыкальное издательство Москвы, выпустив за годы войны ряд произведений белорусских композиторов. Однако обстоятельства военного времени складывались таким образом, что распространение песни в этот период происходило иначе, чем в мирное время. Вновь, как и в годы гражданской войны, на первый план выдвигалось устное усвоение песен: услышанная по радио или исполненная концертной бригадой песня передавалась из уст в уста, и поэтому некоторые песни, как, например, «Беларускім партызанам» на стихи Я. Купалы, существовали во множестве вариантов.

Распространению белорусской песни в этот период способствовала творческая практика профессиональных исполнителей. Стремление быть как можно ближе к тем, кто сражается с врагом, рождает мобильные формы, концертные бригады, в репертуаре которых были народные песни, песни советских композиторов, в том числе популярные песни И. Любана, Г. Пукста и др.

Творческой активностью в этот период отличается деятельность Белорусского государственного ансамбля песни и танца под руководством Г.Р. Ширмы. Но, пожалуй, самую активную роль в распространении песен выполняла художественная самодеятельность партизанских соединений. Самодеятельные артисты — певцы и музыканты — первыми усваивали прозвучавшую песню и затем разносили ее по землянкам, партизанским окопам.

В Белоруссии, как и в других республиках бывшего СССР, широкое распространение получили песни, подвергнутые перетекстовкам на актуальные темы: так, к народным, солдатским, казацким песням, а также к песням советских композиторов присочинялись новые тексты или «подкладывались» стихи А. Астрейко, Я. Купалы, М. Танка и др., а также самодеятельных поэтов-партизан. Возникновению песен способствовала и массовая партизанская поэзия, которая развивалась преимущественно в жанрах лирических песен, маршей, сатирических куплетов и частушек. Ее отличает злободневность, конкретность, эмоциональность.

В первые годы войны в белорусском песнетворчестве доминировала публицистическая тематика — песни гнева и мщения. Последующий этап войны, связанный с победами наших войск, успехами в партизанской борьбе, вызвал к жизни разнообразный поток новых песен. Наиболее значительное место принадлежит здесь песням о подвигах героев — «Пра Андрэя Арлова» Н. Аладова, «Песня о панфиловцах» М. Шнейдермана и др. Завершающий период войны характерен появлением величественных песен славления в честь Родины, героического советского народа — «Шуміць наша слава» А. Богатырева, «В грозных боях» В. Ефимова, «Зямля Беларусі» Е. Тикоцкого. Эти торжественные песни победы и ликования ознаменовали собой кульминацию в развитии песенного искусства военных лет. Тематика их оказалась как бы обобщающей, поскольку в ней нашли отражение и патриотические чувства, и пафос победы, восхваление героизма народа и мощи Советской Армии.

Богатый раздел партизанских песен составляют так называемые песни партизанского привала, партизанских костров, песни коллективного раздумья. Образное содержание этих песен, как правило, навеяно картинами белорусской природы, быта партизан, воспоминаниями о боевых походах. Их «лесной» колорит, характерное задумчиво-сосредоточенное настроение объяснялись своеобразием военной жизни партизан, неотделимой от могучего величия белорусских боров, сумеречных партизанских костров.

Разносторонность в отражении главной темы определила значительное многообразие песен и достаточно широкий круг их жанрово-стилистических связей. Только среди песен о партизанской борьбе имеется целый ряд тематических разновидностей: песни-призывы, песни-клятвы, песни партизанских походов, партизанских костров, шуточные песни, частушки и др. Жанрово-стилистические связи в немалой степени определялись и образным содержанием песен.

Одной из самых ярких песен, воплотивших всенародность зарождающегося освободительного движения народных мстителей, является «Беларуская партызанская» И. Любана на стихи А. Астрейко, характеризующаяся краткостью изложения, решительным и грозным тоном речи. Накопившийся гнев и ярость мщения звучит в суровых, предельно лаконичных фразах. Определяющее воздействие на стиль этой песни, безусловно, оказала революционная песня-гимн. Здесь — тот же суровый колорит, кованая четкость ритма, строгие, краткие, броские очертания мелодии.

Еще в довоенный период в творчестве белорусских композиторов наметилась тенденция к лиризации некоторых песенных жанров. Однако первая подлинно лирическая песня появилась именно в годы военного лихолетья. Это песня И. Любана на стихи К. Крапивы «Помню, помню тыя росы», привлекающая искренностью, доверительностью тона. Лирика личных переживаний сливается в ней с гражданскими мотивами — особенность, свойственная советской лирической песне военных лет в целом.

(показать одну из лирических песен военных лет по собственному выбору.)

В конце войны возрождается традиция создания компанейских, застольных песен, посвященных встречам фронтовых друзей, с характерными для них полудекламационными интонациями-обращениями к окружающим. Для белорусской профессиональной музыки этот жанр был новым. Тем не менее, он получил убедительное воплощение в популярной песне И. Любана на стихи Я. Косенко «Наш тост». Ее мелодия радостного, воодушевленного настроения приближается к «мелодизированной декламации» на трехдольной ритмической основе. Композитор обладал удивительной способностью «попадать в цель», подслушать настроение широкого круга людей и точно выразить его — качество чрезвычайно важное для массовой песни, предполагающей максимальное обобщение.

Звучит песня И. Любана на стихи П. Шубина «Волховская застольная» в исп. В. Матусова и В. Копылова.

До войны в Белоруссии почти не создавалось песен в жанре торжественного гимна. Композиторы успешно осваивали песню-марш, народно-бытовые жанры. На завершающем же этапе войны чувства всеобщей радости, гордости за Советскую Армию обусловили появление величественных гимнов. В содержании песен этого жанрово-тематического направления имеется много общего. Почти все они имели яркую идеологическую окраску с эксплуатацией темы «морально-политического единства советского народа» («З рускім народам», «Мы беларусы с братняю Руссю», «В ярком созвездье республик свободных»). Поэтические тексты этих песен, как правило, не содержат сюжетного развития и носят обобщенный, патетический характер. Соответственно и музыка имеет обобщенно-торжественное звучание. Существенное влияние на формирование белорусского гимна оказала советская массовая песня, сочетавшая в себе особенности торжественного песнопения и марша.

Многие из этих песен были написаны в связи с объявленным правительством БССР конкурсом на создание национального гимна республики (1944). В результате проведенного конкурса ни одна из созданных песен не была утверждена в качестве Государственного гимна БССР. Комиссия отметила в числе лучших «Мы беларусы» Н. Аладова и Н. Соколовского (стихи М. Климковича), «Шуміць наша слава» А. Богатырева (стихи П. Бровки), «З рускім народам» Г. Пукста (стихи П. Глебки) и ряд других.

Звучит Государственный гимн БССР Н. Соколовского на стихи М. Климковича в исп. Большого хора Гостелерадио БССР.

В период войны белорусскими композиторами был накоплен определенный опыт творческого развития песенной формы, вызванный стремлением к углубленной передаче настроений, образов в динамике сюжета. Это привело к развитию песенного жанра «изнутри», расширению формы, поискам новых средств выразительности.

1945-1958 — белорусская песня в первые послевоенные годы.

Победа в Великой Отечественной войне вызвала огромный патриотический подъем, нашедший воплощение во множестве радостных, ликующих песен, величественных гимнов, прославляющих красоту родной земли, героизм белорусского народа. Чувство радости и гордости за свою Родину было всеобщим и потому отразилось не только в профессиональном музыкальном искусстве, но и в самодеятельном творчестве масс, которое в этот период достигло небывалого расцвета.

Богатую и разнообразную картину представляет собой песенный быт. По-прежнему ведущей в нем в первые послевоенные годы продолжает оставаться народная песня. Однако новые историко-социальные условия определили выдвижение на первый план жанров лирико-эпической, лирической и шуточной песен. Шедевры белорусской народно-песенной классики, такие, как «Рэчанька», «Купалінка», и др., можно было услышать и в повседневном музыкальном быту, и с концертной эстрады, и по радио. Еще ярче и убедительнее зазвучали народные песни советского времени — «Сонцэ яснае нам свеціць», «Вечарком за рэчкаю», «Як крыніца цячэ…», а также народно-партизанские песни периода Великой Отечественной войны «Песня пра Заслонава», «Із далёкіх із краёў» и др. Чаще всего они звучат в исполнении самодеятельных народных хоров. Многие из самодеятельных хоровых коллективов были той средой, где возникали новые песни. Так, например, известная в Белоруссии песня «Дэпутатка» создана в Озерщинском хоре, частушки «Пра калгаснае жыццё» — в Козловичском народном хоре.

Звучит песня В. Оловникова на стихи А. Астрейко «Песня пра Заслонава» в исп. Государственного народного хора БССР.

Наряду с коллективным созданием песен в самодеятельности в послевоенный период значительно возросла роль индивидуального песнетворчества. Создателями популярных в республике песен стали Г. Головастиков, Н. Петренко, М. Рак-Михайловский, П. Шевко, А. и П. Шидловские. Творчество этих композиторов-любителей стимулировалось стремлением создать такой репертуар для самодеятельного коллектива, который соответствовал бы его исполнительской манере. Особенно много песен посвящалось родному краю, пейзажам Белоруссии: «Мой край» Е. Тихоновича, «Наш Нёман» П. Шевко, «Любы зоркі залацістыя» Г. Головастикова, «Поле маё, поле» П. Шидловского, «Зорка Венера» М. Рак-Михайловского. Традиция самодеятельного песнетворчества получает новую жизнь, развиваясь на новой основе и в новых формах. Если в 1920-е гг. оно проявлялось в форме устной традиции и приближалось к фольклорному методу, а в 1930-е гг. носило переходные формы и преимущественно коллективный характер, то в послевоенный период оно существовало уже в письменных формах музыкальной культуры и имело индивидуальное проявление.

Отличительной особенностью самодеятельных песен является их двусторонняя связь с различными пластами музыкальной культуры. С одной стороны, в жанровом и стилистическом отношении они близки традиционному народно-песенному искусству, с другой — к профессиональному песнетворчеству. С профессиональным искусством самодеятельное музыкальное творчество сближает то, что оно стало выполнять не только и не столько бытовые функции, сколько эстетические.

Звучит песня М. Рак-Михайловского на стихи М. Богдановича «Зорка Венера» в исп. Я. Науменко.

 — Наряду с широким исполнением народных и самодеятельных песен музыкальный быт послевоенного периода характеризуется значительным повышением в нем удельного веса профессиональной композиторской песни. Особенно возросла роль профессиональной песни во второй половине 1950-х гг., когда белорусские композиторы значительно активизировали свою работу. Укрепляется связь творчества композиторов с практикой художественной самодеятельности, что плодотворно сказалось на тематической направленности профессионального песенного искусства и на его музыкально-поэтической форме воплощения. В результате были созданы замечательные произведения песенного жанра. Некоторые из них настолько органично вошли в жизнь народа, что стали бытовать на правах народных. Такова счастливая судьба «Лясной песні» В. Оловникова, «Нёмана» Н. Соколовского, «Радасці» А. Туренкова, лирической песни Ю. Семеняко «Явар і каліна».

Звучит песня Н. Соколовского на стихи А. Астрейко «Нёман» в исп. И. Кобзона.

24 сентября 1955 года впервые по республиканскому радио прозвучал Государственный Гимн БССР. Им стала песня Н. Соколовского на стихи М. Климковича «Мы — беларусы». Первоначальный вариант песни был создан в 1944 году. Позднее, в 1949 году, композитор создает вторую редакцию песни, которая и была утверждена в качестве Государственного гимна республики.

В жанре массовой песни продолжают успешно работать композиторы старшего поколения: И. Любан, Н. Соколовский, В. Ефимов, А. Туренков. К ним присоединяются и те композиторы, которые ранее меньше внимания уделяли песенному жанру — Дмитрий Лукас, Петр Подковыров, Григорий Пукст и др. В песенном жанре работают Владимир Оловников, Юрий Семеняко, Иван Кузнецов.

Начало 1950-х гг. для Белоруссии — время интенсивного развития эстрады, в которой преобладают в основном лирические песни, танцевальная музыка. Проявлялась тяга молодежи к лирической развлекательной музыке с одной стороны, и низкие критерии ее художественности — с другой.

Изменения, произошедшие в песенном творчестве в 1950-е гг., имели объективное основание. Заметно изменились в послевоенный период формы бытования песен. Если в 1920-1930-е гг. они звучали преимущественно в исполнении самих народных масс — на улицах, площадях, на собраниях, демонстрациях, то в послевоенные годы массовое хоровое исполнение песен значительно сократилось. Песня все чаще переходит с улицы на эстраду, звучит по радио в исполнении профессиональных или самодеятельных артистов. Причем количество творческих коллективов и индивидуальных исполнителей, посвятивших себя этому искусству, с каждым годом растет. Исполнение песен профессиональными артистами было более художественным, нежели спонтанное, бытовое пение. Поэтому растет влечение к слушанию песен, доставляющему эстетическое удовольствие, тем более что средства массовой коммуникации все чаще предоставляют такую возможность.

Послевоенные годы характеризуются усилением интереса к внутреннему миру человека, его лирическому самовыражению, что также предполагало создание скорее сольных, нежели хоровых песен. Однако песня при этом не утратила ни своей широты бытования, ни массовости. Но с каждым годом все заметнее становилось изменение самого качества «массовости» — массовым становится не исполнение песен, а их восприятие (слушание).

Расширялись и изменялись тематика и образное содержание белорусских песен. Некоторые темы получали новую трактовку: так, например, тема Родины получила наиболее яркое отражение, воплощаясь в различных песенных жанрах — в величественных хоровых песнях, светлых лирических гимнах, в бойких песнях радости и счастья, имевших, как правило, идеологическую направленность. Эта тема раскрывалась и через песни труда, созидания, через героические и лирические образы.

Воплощение темы Родины в жанре лирических гимнов было новым для белорусской песни и имело несомненную связь с теми тенденциями, которые были характерны для всего советского песенного искусства послевоенного времени. Образ Родины в лирических гимнах предстает сквозь призму восприятия одного человека, что раскрывается уже в самих названиях песен — «Радзіма мая дарагая», «Беларусь — мая», «Беларусь — мая песня».

Среди лирических гимнов наибольшую популярность и подлинно народное признание получила песня В. Оловникова на стихи А. Бачило «Радзіма мая дарагая». Лишенная официального пафоса, декларативности, она выделяется проникновенным и вместе с тем возвышенным строем музыки. Сама песня связана с фольклором, однако эта связь опосредована, пропущена сквозь призму индивидуального восприятия композитора. Ее начало напоминает народную лирическую «О, не куй, зязюля!» Характер же мелодии придает ей черты индивидуальности. Эта песня стала своеобразной музыкальной эмблемой Белоруссии. Ее первая фраза стала позывными первого канала Белорусского республиканского радио.

Звучит песня В. Оловникова на стихи А. Бачило «Радзіма мая дарагая» в исп. Большого хора Гостеле-радио БССР.

— Лирическая трактовка патриотических песен объяснялась стремлением композиторов передать образ Родины не только в величии ее подвигов, трудовых свершений, но и в великолепии красоты ее природы, просторов. Такое воплощение темы позволило раскрыть ее полнее, всестороннее. Отказавшись от официальной парадности, композиторы перешли к более теплому, проникновенному выражению патриотического чувства.

Стремление композиторов передать неповторимое своеобразие родных мест рождает много песен о так называемой «малой Родине». Это «Аршанская старонка» В. Оловникова, «Рэчыцкая лірычная» Н. Коньшина, «Гродзенскі вальс» А. Шидловского, «Мінскі вальс» У. Шумилина и другие. Композиторы используют в них различные жанровые традиции. Так, «Аршанская старонка» В. Оловникова близка к дорожным, песня Е. Тикоцкого «Па-над Прыпяццю» написана в традициях народных лирических песен, многие произведения решены в жанре вальса.

­Звучит песня В. Оловникова на стихи А. Русака «Лясная песня» в исп. Ансамбля песни и пляски БВО.

Тема Родины как символа мира, свободы и дружбы народов убедительно прозвучала в песнях мира. Вливаясь в полноводное русло советских песен о мире, они отличаются достаточно яркой национальной характерностью. Представляя собой новое жанрово-тематическое направление в белорусской песенной культуре, эти песни, в то же время, продолжают традиции революционных гимнов, а также имеют много общего с песнями «мобилизации» периода Великой Отечественной войны. Типичными их признаками являются публицистическая направленность, плакатная броскость музыкально-поэтической фразы, запевно-припевная форма контрастного характера. Среди песен белорусских композиторов этого жанрово-тематического направления наибольший интерес представляют «Марш борцов за мир» Д. Лукаса и «Мір пераможа вайну» Г. Пукста, отличающиеся призывно-действенным характером музыки, лаконичностью и четкостью формы. Созданные в духе насущных задач времени, эти песни обладают ярко выраженной национальной характерностью музыкального языка.

(продемонстрировать одну из упомянутых выше песен.)

С темой Родины непосредственно сливается и тема мирного созидательного труда. Наиболее интересно решена трудовая тематика в песнях композиторов В. Оловникова и П. Подковырова, которые синтезировали для ее воплощения жанры молодежного марша и танца.

Широкой волной, захватывающей многие жанрово-тематические направления, разлилась в этот период песенная лирика. Тяга к задушевной песне наметилась еще в годы войны, но наибольшего богатства и многообразия песенная лирика достигла в 1950-е гг. Она проникает в ведущие темы гражданского звучания — о Родине, о труде и дружбе народов. В эти годы наметилась тенденция к взаимопроникновению образов чистой лирики и героических, торжественно-патриотических. Белорусские песни можно условно подразделить на два направления. Первое связано с лирическими песнями, в которых высказывание ведется как бы от лица массы или адресовано массе, — так называемая объективная лирика. Второе — с манерой камерного высказывания, ведущегося от одного (часто первого) лица. В таких песнях выражаются сокровенно-лирические, индивидуальные переживания

Рост камерности внутри песенной лирики, вызванный стремлением композиторов к более проникновенному и тонкому раскрытию внутреннего мира героев, привел к появлению таких песен, которые по жанровым признакам стоят на грани песни и романса. Это «Толькі з табою», «Не шукай» И. Любана, «Колас» Н. Чуркина, «Я люблю» В. Оловникова.

(продемонстрировать одну из упомянутых песен.)

— Профессионально-композиторская песня приобрела подлинно всеобъемлющий характер в смысле отражения жизненных явлений своего времени. Нельзя не отметить и выразительность художественных образов песен, имеющих ярко очерченный индивидуальный и вместе с тем обобщенный характер. В первую очередь — это образы высокого этического звучания, воплощенные в песнях В. Оловникова, а также в лучших песнях Ю. Семеняко, Н. Соколовского и многих других композиторов.

Вместе с тем на формирование жанрово-тематических направлений песенного творчества белорусских композиторов, на расширение круга выразительных средств белорусской песни в этот период ощутимо воздействуют и некоторые объективные, в частности, социально-демографические факторы. Если в 1920-1930-е гг. основное население республики составляли крестьяне, а потому и тематика создаваемых песен была связана преимущественно с сельским бытом и выражалась, соответственно, близким к традиционно крестьянскому интонационно-жанровым языком, то в послевоенное время состав населения существенно изменился в сторону городского. Естественно, что это отразилось в тематике и образном содержании песенного творчества. Именно в послевоенный период стали появляться песни жанрово-тематических направлений, которые были обусловлены намечавшимся процессом урбанизации (студенческие-молодежные, индустриально-трудовые, лирико-эстрадные и др.). Изменения в тематике, в свою очередь, повлекли и обновление интонационной сферы, средств выразительности песен белорусских композиторов. Наряду с социально-демографическими факторами отметим изменения в психологии восприятия, происходившие в результате внедрения новейших достижений научно-технического прогресса, а также переход белорусской песни на эстраду.

Для белорусской профессиональной песни всегда была характерна близость к искусству своего народа. Эта особенность по-прежнему остается наиболее яркой специфической чертой творчества белорусских композиторов. Но в послевоенные годы связь ее с фольклором оказалась более глубокой, сложной и многогранной.

Как и в предыдущие годы, композиторы прибегают к непосредственному использованию в своих произведениях народно-песенных жанров. Их влияние плодотворно сказывалось в тех случаях, когда такое обращение было продиктовано содержанием, тематикой задуманного произведения.

Звучит песня Н. Петренко «Рушнікі» в исп. ВИА «Песняры».

— Эволюция музыкального языка, наглядно подтверждающая взаимопроникновение национально-самобытных и новых черт стиля, заметна и в песнях, посвященных трудовой тематике. Для воплощения этой темы белорусские композиторы, как правило, обращались к традиции народно-танцевальных жанров, используя такие их свойства, как бойкость и живость характера, ритмическая упругость. Это было вполне уместно в песнях, посвященных сельской трудовой тематике. Однако производственный ритм трудовой жизни города с его импульсивностью и четкостью требовал обновления этих средств выражения, что и привело к плодотворному объединению жанровых черт народно-танцевальных напевов и откристаллизовавшегося в советской песне молодежного марша. Такой синтез особенно заметен в песнях В. Оловникова «Даў слова — стрымай», «Споем, друзья, споем», «Песня пра Мінск».

(демонстрировать одну из песен В. Оловникова.)

Обновление и эволюция музыкального языка песен белорусских композиторов в послевоенный период было связано и с другим характерным для этого времени явлением — расширением рамок национальной музыкальной культуры. Этот процесс затрагивал различные музыкальные жанры, выявляясь в каждом из них с различной степенью интенсивности. В одних видах музыкального творчества он выступал более непосредственно, в других — достаточно сложно и опосредованно.

В песнях повествовательно-эпического или лирико-повествовательного плана доминируют стилистические признаки народно-национального песенного искусства. Примерами могут служить «Нёман» Н. Соколовского, «Песня пра Заслонова» В. Оловникова, «Узнялося сонцэ яснае» Д. Лукаса.

Звучит песня Д. Лукаса на стихи А. Русака «Узнялося сонцэ яснае» в исп. Большого хора Гостеле-радио БССР.

— Одной из примечательных сторон народного песенного быта и композиторского творчества послевоенного периода было проявление бурного интереса к городским бытовым жанрам музыки. Если в 1930-е, да и в первые послевоенные годы лирическая образность была связана с представлениями о сельской жизни, и, соответственно, воплощалась в жанрах, близких традиционному народно-песенному искусству, а городской быт вызывал ассоциации с заводскими стройками, демонстрациями и воплощался преимущественно в жанре энергичных маршей, то во второй половине 1950-х гг. возникает потребность в лирическом преломлении темы городской жизни, образно-эмоциональной сферы. Белорусских композиторов привлекала также широкая популярность русских лирических песен, созданных еще в военные годы и основанных на интонациях городской бытовой музыки, таких, как «Соловьи», «Вечер на рейде» В. Соловьева-Седого, «В землянке» К.Листова и др.

Опыт белорусских композиторов в создании лирических песен был невелик. Первая лирическая песня («Помню, помню тыя росы» И. Любана) появилась в годы Великой Отечественной войны. В послевоенные годы белорусскими композиторами было создано довольно значительное количество лирических песен. Однако все они были связаны исключительно с сельской тематикой, и музыкальный язык их, соответственно, стилистически был близок традиционному крестьянскому мелосу. Это «Чырвоная кветачка» Н. Соколовского, «На мяне не заглядайся» П. Подковырова, «Колас» Н. Чуркина и др.

(продемонстрировать учащимся одну из названных песен.)

Обновление стилистических источников лирической песни опять-таки начинает И. Любан, обращаясь в своих чрезвычайно популярных в 1950-е гг. песнях «Дзе ты, чэрнавокая?», «Толькі з табою», «Не шукай» к традициям городской песни и романса. Несколько позже эту творческую эстафету подхватит Ю. Семеняко.

(продемонстрировать учащимся одну из названных песен.)

Успехом пользовались лирические песни Ю. Семеняко, который не только продолжил традицию, начатую И. Любаном, но и творчески развил ее. Если в песнях И. Любана синтезируются преимущественно два стилистических источника — народная белорусская песня и русский бытовой романс, — то в лирических песнях Ю. Семеняко, помимо этого, заметно влияние лирических, а также эстрадных песен советских композиторов. Причем интонационно-мелодический сплав разных стилистических источников в песнях Ю. Семеняко органичнее, прочнее, хотя и легко обнаруживается.

Звучит песня Ю. Семеняко на стихи Я. Купалы «Явар і каліна» в исп. ВИА «Песняры».

— Интерес к лирической трактовке духовного мира рядового труженика, процесс разработки фольклорных пластов городского быта обусловил и появление в послевоенные годы довольно большого количества лирических песенок незамысловатого содержания, герои которых были максимально приближены к повседневной жизни, быту. Эта «приближенность» обнаруживалась и в стилистике большинства песен, в их нарочитой упрощенности, лубочности, с непременной иллюстрацией гармошечных переборов в инструментальном сопровождении. Некоторые из таких песен не отличались поэтичностью и глубиной, но, тем не менее, были широко популярны, поскольку отвечали потребностям в лирическом самовыражении довольно многочисленной, хотя и недостаточно эстетически развитой части слушателей. Критерий отбора и творческого преобразования бытующих интонаций в подобных песнях был порой несколько занижен, что привело, в конечном итоге, к появлению песенных образцов, которые не выделялись высоким художественным качеством. Однако сам факт обращения и разработки белорусскими композиторами интонационной сферы городского музыкального быта был чрезвычайно важным и прогрессивным явлением, поскольку освоение музыкального словаря города и деревни в целом давало реальную почву для создания произведений, которые стали бы доступными для людей разных социальных слоев общества. В песенном жанре наиболее заметный вклад в процессе освоения музыки городского быта принадлежит композитору Ю. Семеняко.

1958-1985 — формирование жанра белорусской эстрадной песни.

Научно-технический прогресс обусловил невиданно широкое развитие технических средств тиражирования и производства музыки, в результате чего возникла не имевшая аналогов в прошлом качественно новая технико-музыкальная коммуникативная среда, пришедшая на смену «живым» формам исполнения песен. Значительно расширилось содержание понятия «массовая песня». Оно стало более емким и широким, объединяя несколько разновидностей песенного искусства: собственно массовые песни, предназначенные, как и прежде, для коллективного исполнения; бытовые и концертные песни, исполняемые, как правило, профессионалами, но адресованные массовому слушателю; лирические песни-романсы, обретающие массовость благодаря записи на грампластинки, магнитофоны и т.д. Жизненная практика современности как бы стирает жанровые различия песни, определявшиеся ранее устойчивыми типами условий их бытования. Массовые песни могут теперь звучать с эстрады, а эстрадные, концертные — в быту.

Начиная с 1960-х гг. в Белоруссии наблюдается бурное развитие эстрадной песни. Она стала ведущим жанром массовой музыки. Появляется термин «эстрадно-массовая песня», причем, «массовость» теперь уже характеризует не столько тип исполнения (совместное, коллективное пение), но, прежде всего, — предназначение для самой широкой аудитории, способ распространения и слушания. И, хотя традиции массового исполнения песен по-прежнему существуют в республике, профессиональные композиторы заметно отошли от их создания.

В создании песен, наряду с опытными мастерами, принимают участие и молодые. Начиная с 1960-х гг. семья композиторов-песенников пополняется новыми именами: это Игорь Лученок, Эдуард Ханок, Эдуард Зарицкий, Измаил Капланов; позднее, в 1970-х гг. к ним присоединяются Валерий Иванов, Леонид Захлевный, Владимир Будник, Владимир Доморацкий, Владимир Кандрусевич, Николай Литвин, Лариса Мурашко и мн. др. Выдвигается плеяда эстрадных исполнителей — Нелли Богуславская, Виктор Вуячич, Тамара Раевская, Ольга Шутова и мн. др. В песенном жанре особенно ярко проявляется творческое содружество поколений, процесс обновления песен, а также преемственности и дальнейшего развития национальных традиций.

Наряду с традиционными формами самодеятельного художественного творчества (кружковой песенно-хоровой самодеятельностью) жизнь выдвигает новые формы музицирования. Массовое исполнение песен возрождается в новой культурной традиции — движении самодеятельных вокально-инструментальных ансамблей (ВИА).

Первые профессиональные ВИА были созданы в Минске в 1968 г. Ансамбль «Тоника», который возглавлял в будущем популярный композитор и певец Юрий Антонов, выкристаллизовался из эстрадного оркестра, аккомпанировавшего Виктору Вуячичу. Второй — «Лявоны» — возглавил Владимир Мулявин. Год спустя коллектив трансформировался в ВИА «Песняры».

В 1970-е гг. ВИА-движение в республике набирает силу: образуются ансамбли «Купалінка», «Чараўніцы», «Верасы», «Сябры». Их репертуар составляют популярные песни советских композиторов, всевозможные стилистически пестрые аранжировки фольклора (в том числе и ориентированные на западные поп-образцы), оригинальные песни и песенно-танцевальные композиции самих участников ансамблей. Образцы этой музыки создаются в колоссальном количестве, в соответствии с запросами массового музыкального быта и концертной практики самодеятельности. Отсюда — неизбежность повторения приемов, их стандартизация. Благодаря современным средствам коммуникации эстрадная продукция быстро и широко распространяется, приобретая, как правило, гораздо бóльшую популярность, нежели более достойные образцы других жанров, в том числе и традиционное профессионально-композиторское песенное искусство. Так, например, в республике и за ее пределами самое широкое распространение получили песни самодеятельных композиторов — руководителя ВИА «Тоника» Юрия Антонова («О добрых молодцах», «Стой, не стреляй, солдат!», «Нет тебя прекрасней»), руководителя ансамбля «Песняры» Владимира Мулявина («Александрына», «Завушніцы»), руководителя ВИА «Верасы» Василия Раинчика («На карнавал», «Миражи», «Музыка для всех»). Эти коллективы приобрели статус профессиональных, завоевав себе широкое признание общественности.

Звучит песня Ю. Антонова на стихи О. Жукова «О добрых молодцах» в исп. ВИА «Добры молодцы».

— Десятилетие спустя из ВИА-стиля под влиянием направлений зарубежной и российской поп-музыки начнут формироваться модные стилевые течения. Так, в 1980 году песня «Наша дискотека» В. Раинчика—М. Танича (исполненная ВИА «Верасы»), в припеве которой ярко обнаруживается влияние шведского квартета «АББА», положила начало формированию в Белоруссии стиля диско.

Звучит песня В. Раинчика на стихи М. Танича «Наша дискотека» в исп. ВИА «Верасы».

— Современная профессиональная белорусская песня также чаще всего ориентирована на ее исполнение ВИА. Так, популярности некоторых песен порой способствовало своеобразие исполнительской манеры той или иной эстрадной группы. Завязывается творческое содружество композиторов с ВИА. Например, исполнительская манера «Песняров» во многом способствовала появлению песен И. Лученка с ярко выраженной фольклорной характерностью.

Звучит песня И. Лученка на стихи Я. Купалы «Спадчына» в исп. ВИА «Песняры».

— С начала 1960-х гг. белорусская песня становится постоянной участницей всесоюзных и международных фестивалей, конкурсов. Ее «соприкосновение» с зарубежной песенной эстрадой — один из важных стимулов развития, который обусловил как обогащение выразительных средств песни, так и некоторые отрицательные черты, в частности, — некритическое использование, а то и прямое копирование популярной музыкальной продукции зарубежных эстрадных ансамблей. Вместе с тем наметилась тенденция к нивелировке художественных идей в деятельности некоторых ВИА и дискотек.

В этот период актуализировалась нравственно-этическая проблематика в песенном творчестве белорусских композиторов. Создаются произведения высокого гражданского звучания. Традиционные темы Родины, героической победы белорусского народа увязываются с большими социально-философскими проблемами, смысловой акцент в них переносится с внешнесобытийной стороны на этическую проблематику.

В произведениях песенного жанра не только воспевается та или иная общественно важная тема, но раскрывается ее значение в жизни современного человека. Внутренний мир героев, песенных персонажей вырисовывается через значительность их духовных побуждений, моральное осмысление событий прошлого. Такая нравственная акцентировка свойственна не только темам ведущего социального звучания, она пронизывает все тематические направления песенного творчества белорусских композиторов на современном этапе, становясь, таким образом, одним из характерных признаков трактовки содержания песен. Эта тенденция повлекла за собой дальнейший расцвет лирики в песне, стремление к социально-психологическому анализу личности, индивидуализации. Лирика как личностная, монологическая форма высказывания дает возможность показать общее, общенародное через единичное, индивидуальное, например, воплотить историческую тему Великой Отечественной войны через судьбу отдельного человека, воина-партизана, как это делает И. Лученок в песне «Память сердца».

Звучит песня И. Лученка на стихи М. Ясеня «Память сердца» в исп. В. Вуячича.

— Особенно заметен поворот в сторону лирического решения в трактовке патриотической темы. Одна из линий этого тематического направления связана с воплощением содержания песни в лирических гимнах. Намеченная еще в послевоенные годы, она продолжает активно разрабатываться белорусскими композиторами. В этом жанре написаны песни Ю. Семеняко «Расцвітай, Беларусь», «Люблю цябе, Белая Русь», Э. Зарицкого «Не можа сэрца жыць без Беларусі» и др.

Звучит песня Ю. Семеняко на стихи В. Коризна «Люблю цябе, Белая Русь» в исп. А. Подгайского.

— Лирическая трактовка патриотической темы свойственна многим песням И. Лученка: «Мая Беларусь», «Радзіме», «Жураўлі на Палессе ляцяць» и др. Тема Родины в песнях И. Лученка подается широко, многогранно. В представлении композитора она неотделима от истории своего народа, его культуры, традиций, духовного склада и характера. Именно такая углубленная трактовка патриотической тематики приобретает в песнях композитора (таких, как «Спадчына» — стихи Я. Купалы, «Радзіма бацькоў» — стихи В. Дунина-Марцинкевича, «Мой родны кут» — стихи Я. Коласа) ярко выраженный этический, нравственный смысл. Линия преемственности нравственных традиций прошлого прослеживается в песнях И. Лученка, посвященных темам революции, гражданской войны. Великой Отечественной войны. Это цикл «Революция наша вечная», песня «Верны мы памяти отцов». Нравственный облик современника в этих произведениях раскрывается через его отношение к прошлому, к морально-этическим традициям своего народа.

Звучит песня И. Лученка на стихи А. Ставера «Жураўлі на Палессе ляцяць» в исп. ВИА «Сябры».

   — Позицию И. Лученка разделяют многие композиторы в трактовке песенной тематики (циклы «Память» Л. Захлевного, «Будьте долгу верны» В. Иванова, цикл песен о партизанской борьбе Э. Зарицкого). В каждом из них тема героической борьбы подается в углубленном этическом ракурсе, раскрывая связь молодого поколения с подвигом своих отцов. Причем, тенденция в песенном творчестве белорусских композиторов на современном этапе способствует тому, что наиболее популярными становятся те песни, в которых значительная общественно важная тема преломляется сквозь призму индивидуального сознания: «Высокие звезды» И. Лученка—Р. Гамзатова, «Не можэ сэрца жыць без Беларусі» Э. Зарицкого—А. Мартиновича, «Пра маю Беларусь» В. Прохорова—С. Давидовича. В то же время наблюдается и встречное движение приобретения сугубо лирической темой гражданского звучания, акцентировки внимания на высокой нравственности лирического чувства («Верасы» И. Лученка—И. Скурко, «Ты прыгадай усё» И. Лученка — П. Бровки, «Кветка папараці» В. Будника—А. Гречаникова).

Звучит песня И. Лученка на стихи Р. Гамзатова «Высокие звезды» в исп. ВИА «Сябры».

— Усилением утверждающей этической направленности песни объясняется и все углубляющийся в этот период интерес композиторов к наследию народно-песенной культуры — фольклору. Этими же побуждениями — осмыслить и развить духовный опыт своего народа, — обусловлено и обращение композиторов к классикам национальной литературы: к поэзии В. Дунина-Марцинкевича, М. Богдановича, Я. Купалы, Я. Коласа, Э. Пашкевич, а также к лучшим образцам современной национальной поэзии — стихам П. Бровки, А. Кулешова, М. Танка, Н. Гилевича.

Звучит песня И. Лученка на стихи Я. Коласа «Мой родны кут» в исп. ВИА «Песняры».

На современном этапе развития поиск в этом направлении приобретает и конкретно-социологическую (социально-демографическую) направленность. Белоруссия, как и другие советские республики, переживает период стремительной урбанизации, что коренным образом изменяет социокультурную ситуацию. Усиление фольклорной струи в песне отражает сложный процесс изменения структуры музыкальной культуры города.

Этим объясняется наметившаяся тенденция к изменению в образно-содержательном строе песен. Белорусские композиторы проявляли повышенный интерес к поэтическим текстам, отличавшимся усложненностью психологического содержания и многоплановостью сюжетики («Заклинание» И. Лученка—Е. Евтушенко, «Нечаканая істіна» Э. Зарицкого—Б. Спринчана). Становление так называемой интеллектуальной, проблемной лирики порой приводит к драматизации лирического образа, резкому усилению его экспрессивности. Эта черта, свойственная стилевым нормам современной зарубежной эстрады, особенно рок-музыке, — наблюдается и в песенном творчестве советских, в том числе и некоторых белорусских композиторов («Нечаканая істіна» Э. Зарицкого).

Звучит песня И. Лученка на стихи А. Легчилова «Если б камни могли говорить» в исп. А. Подгайского.

— В эти годы по-прежнему создавались и песни, отличавшиеся ярко выраженной идеологической направленностью, — например, песни о партии, Ленине, комсомоле. Написанные преимущественно в темпе марша («Мы идем по стране», «Комсомольская юность» И. Лученка, «Я твой трубач, товарищ комсомол», «Молодые наши весны» В. Будника и мн. др.).

Звучит песня И. Лученка на стихи В. Фирсова «Мы идем по стране» в исп. ВИА «Песняры».

— Наряду с воплощением образов гражданско-патриотического звучания появляются также и новые песенные жанры, например, жанр пародийно-шуточной песни, характерный более всего для творчества Э. Ханка («Давай поговорим», «Разговоры», «Песня первоклассника», «Я у бабушки живу», «Шуточная спортивная» и др.).

Звучит песня Э. Ханка на стихи Л. Ошанина «Шуточная олимпийская» в исп. М. Боярского.

— Несмотря на кажущуюся легкость жанра, в эстрадной песне поднимались и актуальные, жгучие проблемы. Вот как в начале 1980-х годов отражалась социальная проблема снижения рождаемости. Имея одного ребенка, родители и того норовят «подкинуть старикам» (бабушке и дедушке), а сами заняты самими собой.

Звучит песня Э. Ханка на стихи И. Шаферана «Я у бабушки живу» в исп. ВИА «Верасы».

— Вместе с тем в многообразном песенном потоке заметно сократился удельный вес песен на сельскую тематику. Композиторы обновляют в эстрадном звучании старую народную песню. Современная же жизнь колхозной деревни не получает в их творчестве убедительного воплощения. Немногочисленные песенные образцы носят отпечаток некоторой «лубочности», упрощенности. В этом опять-таки можно видеть попытки музыкального (специфически песенного) осмысления сложных процессов развития социальной структуры населения, сопровождающихся и соответствующими изменениями в музыкальном сознании, иерархии ценностных ориентаций различных групп слушателей.

Современная белорусская профессионально-композиторская песня ориентирована преимущественно на ее исполнение в огромных концертных залах с многотысячной аудиторией. Возникла по существу новая коммуникативная ситуация, связанная с расширением пространственной реализации песни, оказавшей значительное воздействие на различные стороны песенного жанра и, прежде всего, на композиции песни. Это воздействие выражается в изменении масштабов песни, характера ее музыкального становления, т.е. тех ее сторон, которые непосредственно связаны с установкой на «пространство и на среду слушателей». В первом случае это проявляется в укрупнении формы, во втором — в усилении ее становления.

Укрупнение песенного жанра обусловлено обращением композиторов к нетрадиционным для песенного жанра многострочным поэтическим текстам, отличающимся усложненностью образного содержания и поэтической формы («Вераніка» И. Лученка—М. Богдановича, «Мой родны кут» И. Лученка—Я. Коласа и др.).

Звучит песня И. Лученка на стихи М. Богдановича «Вераніка» в исп. ВИА «Песняры».

— Свидетельством укрупненного видения целого является и обращение композиторов к песенным циклам. Это «Радзіма бацькоў», «Война не нужна», «Революция наша вечная» И. Лученка, «Память» Л. Захлевного, «Часовые любви и покоя» В. Будника, «Будьте долгу верны» В. Иванова и др. Объединение песен в циклы осуществляется, прежде всего, на основе общности тематики и образует сюитную циклическую композицию, основанную на контрасте сопоставления.

Другая тенденция, отражающая новые пространственные представления, связана с усилением в песне интенсивности становления.

Характерной особенностью песенного творчества белорусских композиторов на данном этапе, обусловленном жанровой ориентацией, было использование стилей прошлого, как особого средства выразительности. Культура и искусство прошлых лет, активно вовлекаясь в орбиту духовного потребления, вызывают в представлении слушателей устойчивые ассоциации, на основе которых кристаллизуются различные смысловые трактовки художественных явлений, их «обобщенные образы». Белорусскими композиторами широко используются приемы стилизации и цитирования: так, в песне Д. Смольского «Обелиски» звучит фрагмент «Священной войны» А.В. Александрова, в песне В. Будника «Ребята, не видавшие войны» — цитата из песни М. Фрадкина «Березы». Заимствования здесь играют роль своеобразного «конкретизатора» обобщенного музыкального образа, усиливая, таким образом, драматургическую сторону песни.

(продемонстрировать учащимся одну из названных песен.)

На данном этапе также наметилась тенденция к взаимодействию различных музыкальных жанров и стилей. Выявился процесс сближения, взаимопроникновения массовой и академической музыки. Наблюдается обогащение языка и драматургии симфонии и оркестрового концерта, вокально-симфонического цикла на основе введения принципов, характерных для джаза и рок-музыки (Концерт для фортепиано с оркестром и «Болеро» В. Раинчика).

Звучит фрагмент Фортепианного концерта В. Раинчика в авт. исп.

В орбиту влияния песни попали романс, баллада, вокальный цикл, поэзия, а также смежные виды искусства, прежде всего — театр.

Влияние романса на песню проявлялось в содержании, обусловленном выбором более детализированного поэтического текста, в способах развития музыкального материала, в усилении роли инструментального сопровождения, развитости фактуры («Алеся», «Вераніка» И. Лученка, «Травы детства» Ю. Семеняко, «Палессе», «Зялёная пушча» В. Будника, «Александрына» В. Мулявина и др.).

Звучит песня Ю. Семеняко на стихи В. Демидова «Травы детства» в исп. ВИА «Верасы».

— Среди жанров вокальной музыки, оказавших воздействие на композицию современной белорусской профессионально-композиторской песни, можно отметить вокальный цикл. Смыкание тенденции к укрупнению формы с внешним жанровым воздействием сказывается в стремлении к циклизации песен, дающей возможность масштабного воплощения художественного замысла. Жанровое же влияние вокального цикла обнаруживается в образовании качественно нового уровня композиции песни, благодаря использованию приемов объединения, свойственных камерно-вокальному циклу (принципов драматургии, интонационных и гармонических связей).

Звучит фрагмент песенной сюиты В. Мулявина «Через всю войну» на стихи советских поэтов в исп. ВИА «Песняры» (по выбору учителя).

— Очевидно влияние на песню и поэзии. Песня всегда находилась в союзе с поэзией, которая определяла ее содержание и стилистику. Отличительной чертой современной белорусской песни является развернутость, многоплановость, а также детализированность сюжета, требующие и соответствующего индивидуализированного композиционного решения.

Звучит песня И. Лученка на стихи А. Кулешова «Алеся» в исп. ВИА «Песняры».

В 1970 — первой половине 1980-х гг. отчётливо проявилось влияние на песню музыкального, прежде всего, оперного театра. В таких песнях обнаруживается стремление композиторов к использованию приемов драматургической выразительности, к развернутости изложения, к оркестральности инструментальной партии, расширенному исполнительскому составу, введению хора («Хатынь» И. Лученка). Симптоматично и возникновение новых синтетических жанров — рок-поэмы, рок-оперы (поэма И. Лученка «Гусляр», опера-притча В. Мулявина «Песня пра долю»). Театр определяет трактовку песни как театральной сцены, в основе которой лежит конкретная ситуация, персонифицированные исполнители, игровое начало. Влияние театра проявлялось как в героических песнях («Память сердца» И. Лученка), так и в шуточных («Давай поговорим» Э. Ханка).

1985 — наши дни — активное взаимодействие белорусской песни со стилевыми особенностями направлений современной музыки.

Для современного этапа развития белорусской песни и поп-музыки в целом характерен ряд тенденций.

Во-первых, понятие «массовая песня» окончательно потеряло первоначальный смысл: если в 1920-е гг. массовая песня была ориентирована на коллективное исполнение, в 1950-1970-е гг. наблюдалось соотношение между коллективным исполнением и слушанием, то с середины 1980-х гг. оно стало вытесняться другими понятиями — «подростковый поп», «тинейджерский поп», «музыка для ног».

Во-вторых, эстрадные произведения стали существовать как бы отдельно от их создателей: на первый план выдвигается личность исполнителя.

Наконец, в-третьих, широкое внедрение новейших достижений научно-технического прогресса существенно снизило требования к художественному уровню эстрадных произведений.

Рассмотрим наиболее значимые направления эстрадной песни и поп-музыки, распространившиеся на протяжении двух последних десятилетий.

Возникшая в странах Европы волна «евро-диско» и распространившийся на территории бывшего СССР его эквивалент, получивший название «подростковый поп» или «тинейджерский поп», оказал существенное влияние на песенное творчество белорусских композиторов. Этот процесс происходил длительное время. В середине же 1980-х гг. белорусские дискотеки отдавали предпочтение западным и российским образцам. В некоторых городах республики создавались коллективы, ориентированные на подражание российских образцов. В их числе — «Дельта» (Минск), «Имидж» (Добруш), «Парадокс» (Мозырь) и др. Но их творчество носило по преимуществу подражательный характер, проигрывало в популярности западным и российским образцам, и не получило широкой известности. Как самостоятельные направления, данные стили сформировались лишь к середине 1990-х гг.

В песенном жанре продолжают работать В. Доморацкий, И. Лученок, И. Капланов; появляются новые имена — Дмитрий Долгалев, Олег Елисеенков, Владимир Коризна-младший и др.

Жанр традиционной эстрадной песни как бы отошел на задний план. Его немногочисленные представители — минчане Яков Науменко, Олег Семенов (оба — выходцы из ансамбля народной песни «Бяседа»), Алеся (ВИА «Сябры»), Наталья Романская, Светлана Кульпа, Надежда Никулич, дуэт Ядвиги Поплавской и Александра Тихановича (экс-«Верасы»), Валерий Дайнеко («Беларускія песняры»), дуэт Галины Галенды и Владимира Кудрина.

В середине 1990-х гг. в Беларуси развился стиль «диско». Однако в большинстве своем его представители ориентируются на российские образцы, что вполне закономерно: Беларусь в силу различных факторов продолжает находиться в зоне влияния российских СМК.

К числу наиболее ярких представителей «диско» сегодня можно отнести минчан Сергея Минского, Сергея Сухомлина, дуэт «Анжелика» (Анжелика Ютт и Владимир Станкевич), группу «Краски».

Композиции в данном стиле по преимуществу отличаются бессодержательностью. Но бывают приятные исключения. В качестве примера приведем песню лидера группы «Краски» Оксаны Ковалевской «Ты уже взрослый». Песня написана от имени девочки, тяжело переживающей из-за разрыва отношений со старшим братом, вызванного разницей в возрасте.

Звучит песня О. Ковалевской «Ты уже взрослый» в исп. группы «Краски».

В первой половине 1990-х гг. под влиянием зарубежной и российской поп-музыки обозначается тенденция к сближению традиционной эстрадной песни и танцевальной музыки. К их характерным чертам можно отнести незатейливость мелодий, их легкую запоминаемость, минимальную содержательность. К числу наиболее ярких представителей данного направления можно отнести Инну Афанасьеву, Витаса, Ирину Дорофееву, Сергея Ковалева, Кирилла Слуку, Лику Ялинскую (Минск), Искуи Абалян (Могилев), Оксану Петрову (Витебск), Полину Донскую (Пинск), Викторию Демьянчук, Галину Шишкову (Гродно-Минск), Олега Дудко (Добруш) и др.

Важную роль в развитии белорусской эстрадной песни сыграл Государственный концертный оркестр Республики Беларусь под управлением Михаила Финберга. Многие эстрадные солисты выступают в его сопровождении.

Звучит песня А. Пономарева на стихи Ю. Савоша «Крылы» в исп. И. Дорофеевой.

— В последние годы внимание молодых белорусских композиторов и исполнителей привлекает к себе национальная классическая поэзия. Вот характерный пример соединения современных звучаний с классикой белорусской поэзии.

Звучит песня Т. Глазуновой на стихи Я. Купалы «Снег» в авт. исп.

Песенное искусство, близкое к шансонной лирике, исповедуют минчане Александр Солодуха, Владимир Ухтинский и Сергей Герасимов (два последних — выходцы из ВИА «Сябры»).

С начала 1990-х гг. в разных городах Беларуси проводятся различные фестивали. Так, с июля 1992 года Витебск стал столицей фестиваля «Славянский базар», в котором принимают участие эстрадные исполнители и коллективы из всех стран мира. В разных городах Беларуси проходит фестиваль «На скрыжаваннях Еўропы» с участием артистов эстрады Беларуси и других стран. С 1994 года в Могилёве проводится ежегодный фестиваль «Золотой шлягер». В 1997 году в Бресте стартовал фестиваль «Золотая осень», в котором принимают участие как профессиональные, так и начинающие эстрадные певцы, барды и рок-музыканты.

Середина 1990-х гг. знаменуется возрождением интереса к ВИА-стилю. В это время ВИА «Сябры» трансформируется в одноименную студию; в 1997 году создается ВИА «Беларускія песняры», бóльшая часть программ которого строится на репертуаре «Песняров» 1970-х гг.

Наконец, нельзя не сказать о набирающем обороты популярности в молодежной среде стиле рэп (который в отечественной музыкальной музыкальной критике принято отождествлять с хип-хопом).

Как стиль белорусский хип-хоп заявил о себе в середине 1990-х гг. В числе представителей стиля — группы «Би-стрим», «Дискавери», «Ла Косста», «От и до», «Стритмейстерс», «Точка отсчета» (Минск), «Атомис» (Смолевичи), «Б.Г.С.» (Кричев), «Нестандартный вариант» (Борисов), «Ник Фрост», «Терапия Ганг» (Молодечно), «Легион», «Напалм», «Семья Буга», «Холодный циклон» (Брест), «Старый завод», «Уже» (Витебск), «Город тоски» (Гомель), «Доктор Вербель» (Гродно), «Эпицентр правды» (Бобруйск) и мн. др. Однако до сих пор рэп (хип-хоп) на территории Беларуси носит по преимуществу подражательный характер. Его специфичность проявляется разве что в попытках создания остро социальных текстов на жгучие темы — выражение конфликта индивида и общества, наркомания, невзаимная любовь и т.п.

Звучит песня Доктора Вербеля «Заходи» в авт. исп.

— Таким образом, песенный жанр за свою многолетнюю историю прошел длительный путь — от крестьянской и массовой песни к поп-музыке со всеми ее разновидностями. Далеко не все в нем равноценно. Поэтому очень важно научиться отличать подлинно художественные образцы от рядящихся в красивые одежки музыкальных поделок.

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Проверка *